Как живет российская глубинка?

Экспедиция по ускользающей эпохе северных деревень. Часть I

3 минуты
Как живет российская глубинка?

Когда впервые приезжаешь в деревню и погружаешься в ее повседневность, кажется, что время перенесло тебя на столетие назад. Это край, окутанный лесами, где повсюду живы старинные сказки, народные ремесла и вера в хозяев природы. Русские деревни медленно уходят в прошлое, унося с собой большой пласт народной культуры и истории.

Фотограф и путешественница Диана Смыкова — родом из Архангельска. В проекте «Север. Возвращение» она сохраняет ускользающую красоту родного края — хотя бы на снимках и в памяти. Мы публикуем заметки из ее экспедиции.

Не только тайга

Архангельская область — самый большой регион европейской части страны, но все население едва превышает один миллион жителей. В представлении людей из других стран и даже областей России — здесь лишь бескрайняя тайга, иногда прерывающаяся болотами и разбитыми дорогами. По сути, так и есть, но самое важное в этом крае — люди. Люди сохраняют в себе поистине ценную и редкую культуру Севера, перенося через поколения сказки, песни и ремесла, а в безграничных лесах прячутся старинные поселения и деревянные церкви XIX века.

Чем притягивает странников Русский Север? Сложно дать однозначный ответ. Может, своей недоступностью, недосказанностью. Это край, который примет не всех: к нему нужно быть готовым. Запастись терпением, отпустить оценки и погоню за быстрыми эмоциями. Медленно погружаясь в этот мир снова и снова, пытаться познать его сложность и простоту одновременно.

Огромные расстояния, тяжелый путь по грунтовым дорогам, холодные девять месяцев в году — данность. Но все это стоит того, чтобы однажды прикоснуться к тихой сказке Русского Севера и влюбиться навсегда.

Съемка фотопроекта

Я родилась в Архангельске, но провела здесь незначительную часть жизни. В юности я постоянно была в разъездах от Африки до Азии: всегда то, что далеко от дома, интересовало больше. Спустя несколько лет я вернулась и задалась вопросом: какому месту я по-настоящему принадлежу?

Каким я увидела свой регион после странствий? Говорить об этом мне больно. Сложности с инфраструктурой и недостаток информации совсем не привлекают туристов и даже жителей Архангельска — проще выехать за границу. Молодежь уезжает, многие памятники архитектуры в запущенном состоянии, культура исчезает вслед за деревнями. Это разрывает мне сердце.

Маршрут первой экспедиции Дианы по Пинежскому району

Я решила отправиться в путешествие по всей области, чтобы запечатлеть ускользающую эпоху. Я — представитель буквально последнего поколения, которое может увидеть хоть что-то, кроме убогих постсоветских останков, и я испытываю невероятное желание познать свой край через людей и их личные истории.

Я вижу Север как место силы, как наполненный историями сказочный ларь. Для меня это вовсе не депрессивное место. Светлые смыслы становятся источником моего фотопроекта, именно с них начинаются поиски ответов на вопрос: что такое дом.

Для меня главное богатство края — это люди, поэтому фотопроект станет неким циклом личных историй. В конце августа 2021-го мы отправились в первую северную экспедицию — в Пинежский район, но за год планируем объехать весь регион.

Разбитые дороги, советская машина, деревни без связи

В первую поездку мы спонтанно отправились на ЛУАЗе 80-х годов. Я только получила права, мы схватили то, что попалось под руку в дедовском гараже, — и поехали. Если вы не знакомы с этой чудо-техникой, она выглядит вот так:

Оказалось, правда, что без поломок машина способна проехать примерно 100 км. Первые три дня мы плясали вокруг нее с бубном и уже думали разворачиваться домой, но чудесным образом на дороге ее всегда кто-то чинил.

В деревнях к «волыни» (народное название ЛУАЗа) выходила толпа местных мужиков и удивлялась, что такой раритет до них доехал. В общем, благодаря машине нас окружали уважением и вниманием (или сочувствием). Это очень помогало знакомиться и ходить в гости.

Первые осенние дожди размывали грунтовые дороги, в деревнях уже не было связи, но везде, куда бы мы ни приезжали, нас гостеприимно встречали, кормили пирогами с малиной, топили баню — такой Север. 

Пинега-река

Вдоль Пинеги, протяженность которой почти 800 км, по обеим сторонам раскиданы старинные деревни и советские поселки. Этот район — сочетание богатой народной культуры и красивейших северных ландшафтов.

Река постепенно ведет тебя от высоких скалистых берегов в истоке до суровых таежных лесов в устье, не спеша перебираясь от одной деревни к другой. Почти в каждом населенном пункте есть своя тайна или популярное ремесло, благодаря которому он известен, поэтому каждый день мы попадали в новый маленький мир.

Самая привлекательная черта северных деревень — концентрация народной культуры. Истории бережно передаются из поколения в поколение благодаря крепким семейным ценностям. В Верколе, например, мы познакомились с местной жительницей, которая шьет традиционные пинежские наряды — такие сейчас можно увидеть только в музее.

Традиционные народные костюмы на Севере — невероятно яркие, расшитые красными нитками и жемчугами, а северные сказки и песни пестрят сюжетами. Все это как будто задумано для того, чтобы создать контраст и выделиться на фоне белоснежной природы, которая здесь окутывает холодом почти восемь месяцев в году.

На Пинеге есть два монастыря — в Верколе и в Суре, поэтому религиозный туризм здесь развит неплохо. Во многих населенных пунктах все еще есть действующие школы, несколько магазинов и даже рабочие места — если повезет.

Но с каждым годом становится все больше домов с заколоченными окнами и заросшей тропинкой к ним: старожилы умирают, а молодежь уезжает. Нам довелось побывать в деревне, где остался один житель: картина ужасно грустная. Сложно без эмоций наблюдать за исчезновением деревень, особенно когда это твоя малая родина. Хочется увидеть и сохранить как можно больше историй, сказок, поверий.

Подчиниться законам деревни

В каждой деревне мы проводили по несколько дней, останавливаясь у кого-то в доме. Благодаря такому формату можно погрузиться в местный быт, подчиниться его законам, начать лучше понимать людей. Для моих съемок это единственно верный подход. В деревне не бывает лишних — здесь тебя с открытой душой позовут в гости, напоят чаем, расскажут о жизни. Городскому жителю сложно понять, что соседи могут каждый день заходить за какой-нибудь ерундой или просто поболтать за чаем. Чай, кстати, важный элемент ежедневной рутины: его медленно тянут из глубокого блюдца за приятной беседой, отдыхом и вообще всегда, когда русская душа попросит.

Темп в деревне тоже совершенно иной. Ты приходишь в магазин за молоком — очередь собралась из десяти человек, а продавщице в этот момент кто-то позвонил. Она бросает колбасу, которую взвешивала, и по громкой связи эмоционально разговаривает со своей теткой о жизни. Сложно представить, что было бы в этот момент в городе в каком-нибудь «Перекрестке»‎, но здесь вся очередь мечтательно начинает рассматривать падающий за окном снег.

Смотрите влог о приключениях Дианы на пути к деревням

Здесь точно знают, что все идет своим чередом: бежать незачем, да и некуда. Лето сменяет зиму, осень приносит грибы и ягоды, по пятницам — истопи баню, а во вторник будет свежий хлеб. Деревенские люди учатся мудрости у природы, которая дает им все, что необходимо для жизни.

Вечер с семьей у русской печи, запах березового дыма, сказки бабушки из детских воспоминаний. Все здесь тонко и чисто, по-настоящему.

О душе северных деревень — читайте во второй части экспедиционных заметок Дианы.

Читайте также

© 2022. S7 Airlines — Все пpава защищены